|
Только потом онлайн база данных мегафон поволжье – Ну поволжье поволжье мегафон база отделах о такой прибыли только мечтают… А если бы мне дали развернуться, я бы… э-эх! Что же… – Он помолчал и спросил осторожно: – У Хрущева разговора не получилось? Товарища Сталина все-таки вынесли из Мавзолея. Только произошло это некоторое время спустя, осенью 1961-го. А Сталина захоронили совсем неподалеку, рядом с Мавзолеем, и поставили гранитный бюст на длинном постаменте… в ряду других вождей, калибром помельче, чем великий Ленин… *** Вольф Григорьевич прошел по коридору мимо многочисленных дверей с табличками, спустился на первый этаж и, миновав просторный холл, оказался в пустом буфете. Только у окна за столиком сидела девушка в черном облегающем свитере и короткой юбчонке. Она курила, глядя в темное окно, на вечернюю улицу, и перед ней стояли бокал с красным вином и пепельница. Мессинг прошел мимо нее, остановился у прилавка, негромко поздоровался. Буфетчица, полногрудая, сорокалетняя, с травленными хной длинными волосами, собранными на затылке в некое подобие лошадиного хвоста, приветливо спросила: – Вам кофе, Вольф Григорьевич? А что Аиды Михайловны давно не видно? Я даже догадываюсь, какие… – Мне уже говорили, что с вами опасно разговаривать, – усмехнулась Виктория.
Скажите, ну а честно: как вы понимаете, о чем человек в эту минуту думает? Мессинг долго смотрел ей в глаза, отхлебывая кофе, потом медленно база – Понимаете, Виктория… Витюша Подольский – человек прекрасный, но… – А почему вы о нем заговорили? Она закурила новую сигарету, допила вино, оставила бокал и наконец сказала: – Ну, пусть так… Ну и что? Ушел юным красавцем… одухотворенным, а вернулся… – А он сейчас еще красивее! Вы бы посидели с его… да ни за что… Представляете? Семнадцать лет просидеть ни за что… – голос Виктории дрогнул, в глазах заблестели слезы. Но это правда, что он стал много пить, и поволжье всегда старается обидеть меня побольнее… – с упреком проговорила Виктория. Он был сильно навеселе, в базу рта закушена папироса. Его мутный осоловевший взгляд с трудом сфокусировался на сидящих вдалеке Виктории и Мессинге. Подольский остановился и долго пялился на них, потом нетвердой походкой направился к буфетчице. Мессинг и Виктория сидели к буфету спиной и не видели Подольского. Они смотрели друг на друга, и Виктория тихо спрашивала, волнуясь и едва сдерживая слезы: – Я много раз хотела спросить вас, но боялась… Всегда считала себя сильной и уверенной, считала. Но, кажется, силы мои кончились… – Вы так молоды, Виктория, и говорить об этом просто глупо… Вы просто измучились и устали… – сказал Мессинг. Она смотрела на него страдающими глазами и ждала. Мессинг на несколько секунд прикрыл глаза, потом попросил: – Дайте вашу руку. Он взял ее за руку, легонько сжал и долго молчал. Мессинг и Виктория вздрогнули. За спиной Мессинга со стаканом водки в руке стоял Подольский и пьяно и зло улыбался. Он повторил: – Кончай врать доверчивым и несчастным душам… Могу поспорить, что ни одно твое предсказание относительно этой прекрасной девушки не сбудется. Во-первых, мы не будем вместе, во-вторых, я ее не люблю, и, в-третьих, страдать от меня она, естественно, не будет.
|
Мобильный поиск местоположения
